Хадсон Уильямс – канадский актёр, сыгравший хоккеиста Шейна Холландера, – регулярно делится в социальных сетях любимыми книгами. В мае 2026 года один из преданных поклонников собрал все его рекомендации в один вирусный список, и книги пропали с полок. В книжных магазинах даже появились отдельные столы с табличкой «Книжный клуб Хадсона Уильямса».
Родился 13 февраля 2001 года в Канаде. Мать с корейскими корнями, отец с английскими и нидерландскими. Долго работал в индустрии, пока в 2025 году не получил главную роль в «Жарком соперничестве» – адаптации романа Рэйчел Рид. Роль выстрелила.
В этом году он успел засветиться на Неделе моды в Милане, открыв показ Dsquared2, и войти в каст нового сериала «Яга» вместе с Кэри-Энн Мосс. В июне 2026-го Уильямс взял Canadian Screen Award за лучшую мужскую роль в драматическом сериале.
Хадсон Уильямс на сцене Canadian Screen Award \ ca.news.yahoo.com
Если посмотреть на список целиком, в нём прослеживается несколько линий. Первая – вопрос идентичности: кто ты, когда на тебя смотрят другие. Вторая – Лос-Анджелес и его мифология. Третья – психология и внутренняя жизнь.
Для актёра, который только что пережил резкий взлёт популярности и оказался под огромным общественным вниманием, это очень логичная библиотека. Не самопомощь в духе «стань лучшей версией себя», а книги о том, как вообще понять – кто ты есть.
Роман 1965 года о профессоре литературы, чья жизнь проходит в тихом, почти невидимом достоинстве. Книга десятилетиями была культовой, но малоизвестной – пока BookTok не взял её в оборот. История о том, что значит прожить жизнь по-настоящему, даже если внешне она кажется неяркой.
Графика: Норма.Медиа
Да, тот самый Гюго. Жан Вальжан, Козетта, Фантина, революция и милосердие.
Графика: Норма.Медиа
Психологическая классика о том, как детский опыт формирует (и деформирует) взрослого. Читается как личный разговор с психологом – только глубже и без лишних слов. Одна из тех книг, после которых что-то внутри встаёт на место.
Графика: Норма.Медиа
Один из главных романов американской литературы XX века. Мария Уайет едет по шоссе – и эта поездка становится метафорой распада. Дидион пишет скупо, почти кинематографично. Не для тех, кто ищет утешения, а для тех, кто хочет понять, как устроена тревога.
Графика: Норма.Медиа
Итальянский классик начала XX века о человеке, который однажды понял: каждый видит его по-своему – и ни одно из этих видений не совпадает с тем, как он видит себя сам. Философски насыщенная книга, при этом читается легко.
Графика: Норма.Медиа
Норвежский писатель, сделавший из собственной жизни шеститомную исповедь. Первая книга рассказывает о детстве и смерти отца. Невероятно медленная и невероятно затягивающая. Либо эта книга вообще тебе не подойдёт, либо ты не сможешь остановиться.
Графика: Норма.Медиа
Сборник эссе, написанных в конце 1960-х. Дидион наблюдает за Калифорнией, хиппи, собственным поколением – и делает это с той холодной ясностью, которой у неё не занимать. Отправная точка для всех, кто хочет понять, что такое хорошее эссе.
Графика: Норма.Медиа
Архетипическая психология мужского начала. Четыре архетипа, четыре способа проживать свою маскулинность – и то, что происходит, когда они искажаются. Неожиданный выбор для двадцатипятилетнего актёра, но, если вдуматься, – логичный. Хадсон Уильямс играет мужчин, которые ищут себя.
Графика: Норма.Медиа
Короткий, почти гипнотический роман о смерти и времени, написанный от лица зомби. Звучит странно – читается как стихотворение в прозе. Де Маркен – один из самых необычных голосов современной американской литературы.
Графика: Норма.Медиа
Дебютный роман поэта иранского происхождения. Главный герой – молодой поэт, одержимый идеей смерти ради чего-то большего. Бестселлер New York Times.
Графика: Норма.Медиа
Двойной портрет двух знаковых женщин Лос-Анджелеса – Джоан Дидион и Ив Бабиц. Анолик пишет не биографию, а что-то между расследованием и любовным письмом городу и эпохе.
Графика: Норма.Медиа
Ранее мы рассказывали, что газета The Guardian назвала лучшие книги всех времён, изданных на английском языке. В топ вошли 100 произведений. Рейтинг составили по результатам опроса, в котором приняли участие более 150 авторов, литературоведов и критиков со всего мира.
0 комментариев
Оставляя комментарий, вы принимаете Правила использования