Странные привычки писателя: топ-10 причуд великих классиков

Думаешь, чтобы написать великий роман, нужна тишина, уют и чашка чая? А вот Виктору Гюго, например, приходилось раздеваться догола, а Чарльзу Диккенсу – идти в морг. Собрали привычки писателей, которые тебя удивят:)

Светлана Крюкова

Оноре де Бальзак выпивал 50 чашек кофе в день

Фото: Public Domain

Французский классик вошёл в историю не только как автор эпопеи «Человеческая комедия», но и как рекордсмен по потреблению кофе. Его современники утверждали, что за день он мог выпить до 50 чашек. Сейчас любой кардиолог от таких цифр сам схватился бы за сердце. Но в парижских кафе XIX века порция кофе была гораздо скромнее нынешней и составляла примерно треть от современного эспрессо. Так что в реальности выходит не так страшно – около 12–16 порций в день.

Сам Бальзак относился к бодрящему напитку философски и описывал его действие довольно мрачно. Он предупреждал, что после кофе тебя прошибает пот, накрывает нервная слабость и дикая сонливость.☕️ Но, видимо, без этого допинга его творческий потенциал не раскрывался.

Иван Крылов обожал смотреть на пожары

Фото: Public Domain

Баснописец не поджигал дома, но стоило ударить в набат, как он бросал дела и мчался к зареву, даже ночью и через весь город. Друзья писателя знали: если Крылова нет дома, значит, где-то горит здание, и он уже наблюдает за пламенем. Сам он к поджогам отношения не имел, но зрелище пожара действовало на него завораживающе.

Хозяин квартиры, где жил Крылов, однажды всерьёз обеспокоился из-за привычки писателя. Чтобы обезопасить себя, он предложил включить в договор аренды пункт о крупном штрафе: если пожар случится по вине Ивана Андреевича, тот заплатит 60 тысяч рублей. Крылов согласился и приписал к сумме два нуля, превратив её в шесть миллионов. Объяснил просто: он не заплатит ни одну из этих цифр. Кстати, кроме любви к огоньку, Крылов обожал плотно поесть. Ранее мы писали, от каких болезней страдали русские писатели.

Фридрих Шиллер предпочитал гнилые яблоки

Фото: Public Domain

К счастью, немецкий философ их не ел на обед, а всего лишь хранил в ящике письменного стола. Прислуга следила за этим запасом: совсем сгнившие плоды убирали, а на их место клали свежие, чтобы процесс разложения не прекращался. Такой воздух в кабинете был для Шиллера необходимым условием творчества, без него он не мог написать ни строчки. Наука объясняет этот странный ритуал довольно просто. Разлагающиеся яблоки выделяют метан, который в небольших дозах вызывает лёгкое головокружение и эйфорию. Но мы не советуем!

Эдит Ситуэлл лежала в гробу для вдохновения

Фото: Public Domain

Британская поэтесса каждое утро начинала с того, что ложилась в открытый гроб. Да, она действительно держала его у себя дома и использовала как место для размышлений и вдохновения. Сама Эдит Ситуэлл говорила, что это помогает ей настроиться на работу, и относилась к ритуалу совершенно серьёзно. Для неё это была необычная кровать, где удобно коротать утро за мыслями о стихах.

А вот деревенских жителей привычки писателя пугали. Друг Эдит, Пол Уэст, однажды навестивший её в загородном доме, вспоминал, как местные шептались о странной соседке. Ходили слухи, что она не просто спит в гробу, а ещё и разговаривает с призраками. Самой безобидной была сплетня о том, что с ней лучше не встречаться взглядом – якобы глаза поэтессы способны прожечь в человеке дыру. 😅

Льюис Кэрролл писал только фиолетовыми чернилами

Фото: Public Domain

Автор «Алисы в Стране чудес» пользовался ими везде: когда сочинял свои сказки и когда проверял студенческие работы в Оксфорде. Фиолетовый цвет стал его фишкой, и менять эту привычку он не собирался.

Кэрролл вообще был человеком скрупулёзным. Он до мелочей расписывал маршруты путешествий, планировал каждый потраченный пенни и даже рисовал схемы рассадки гостей за столом. А после званых ужинов детально записывал, кто что ел, чтобы в следующий раз удивить их новыми блюдами.

Виктор Гюго писал голым

Фото: Public Domain

Автор романов «Отверженные» и «Собор Парижской Богоматери» придумал самый верный способ заставить себя писать, когда накатывала лень. Он запирался в кабинете абсолютно голым, а слуга по его приказу уносил всю одежду. Хитрость была в том, что выйти на улицу в таком виде уже не получится, так что оставалось только садиться за работу и не вставать, пока не допишешь главу. Дверь открывалась только после выполнения плана. 👀

Лев Толстой любил физические упражнения

Фото: Public Domain

К счастью, некоторые привычки писателей не ввергают в шок. Лев Николаевич не мог прожить дня без физической работы. Если ему не удавалось поработать руками – покосить траву, нарубить дров или вспахать землю, – к вечеру он становился раздражительным и подолгу не мог уснуть. Биографы подтверждают: это была не дань моде на крестьян. А если уж совсем ничего не получалось с хозяйством, писатель отправлялся гулять пешком. Именно эта привычка, кстати, помогла ему сохранить бодрость до глубокой старости. Ещё Толстой увлекался сапожным делом. Он шил обувь, как сам выражался, «на подарки» и щедро раздаривал её родственникам, друзьям и знакомым.

Вирджиния Вулф писала только за высоким столом

Фото: Public Domain

Она каждое утро проводила за письменным столом высотой 90 сантиметров ровно два с половиной часа. Она соблюдала этот ритуал примерно до 1912 года. Причина такой необычной мебели крылась в семейном противостоянии. Сестра писательницы, художница Ванесса Белл, часами простаивала за мольбертом. Вулф, по словам её племянника, таким образом хотела, чтобы её работа за столом выглядела не менее серьёзной, чем живопись сестры. Позже Вирджиния сменила привычку и стала писать, устроившись в низком кресле с фанерной доской на коленях. 📚

Александр Пушкин вместо воды пил лимонад

Фото: Public Domain

О Пушкине, кажется, известно всё, но вот привычки писателя могут удивить: поэт не мыслил работы без лимонада. Его камердинер Никифор Фёдоров вспоминал, что, когда литератор засиживался за письменным столом ночью, ему обязательно ставили на столик стакан с этим напитком. А в молодости у поэта было ещё одно развлечение. Во время ссылки в Бессарабии он мог сутками валяться на кровати и стрелять из пистолета в стену. Об этом рассказывал его знакомый Александр Вельтман, которого такое соседство изрядно пугало. Слуги тоже шарахались от комнаты, где классик русской литературы палил по штукатурке просто от скуки. 🔫

Чарльз Диккенс прогуливался по кладбищам и моргам

Фото: Public Domain

Диккенс вполне серьёзно ругался с вымышленными людьми. У него были галлюцинации: он общался с героями своих книг, а если персонажи начинали действовать на нервы, грозился, что больше не напишет о них. Ещё он обожал наведываться в парижский морг. Когда писатель приехал во Францию собирать материал для «Повести о двух городах», он не пропускал случая зайти туда и называл это место вдохновляющим.